Александр Голышманов воевал на Ленинградском фронте. Победу встретил в Польше.
_Мы продолжаем публикации о ветеранах Великой Отечественной, победивших в самой кровавой войне. С каждым годом их становится все меньше. Александр Васильевич Голышманов не дожил до наших дней, но он остается в памяти родных и близких._
«В нашей библиотеке, как и в других, проходит акция „Стена Памяти“. Горожане приносят нам копии фотографий своих фронтовиков и рассказы о них, — говорит заведующая отделом обслуживания Центральной городской библиотеки Наталья Высоцкая. — И мы сами также участвуем в этой акции. Александр Васильевич Голышманов — прадедушка моей дочери. Я еще застала, когда он был жив, и мы часто о нем вспоминаем. Он родился в 1909 году в Тюмени, жил на улице Водопроводной. В 1935 году, деда Шура, как мы его называли, в числе добровольцев уехал механиком в Нижнетавдинский (в то время Велижанский) район создавать Искинскую МТС (машинно-тракторную станцию). Александр Васильевич познакомился с местными жителями и стал охотником, потому что очень любил природу, часами мог ходить по лесу. Женился на местной девушке. В 1936 году у них родилась дочь. Еще до рождения второй дочери — летом 1939 года — его призывают в Велижанский военкомат и перевозят в Тюмень, где формируется отряд для отправки на Финскую войну. Отряд формируют из тех, кто хорошо умеет обращаться с оружием. Пока ехали на фронт, война закончилась. С Финской через всю страну отправляют в Маньчжурию, где тоже становится неспокойно. Ехали месяц. За это время ситуация на Дальнем Востоке так же кардинально изменилась и воевать деду Шуре тоже не пришлось. Опять случайность?»
Александр Васильевич вернулся домой. Когда началась война, он работал механиком и шофером. В то мрачное утро 22 июня 1941 года, по обрывкам самых ранних воспоминаний его дочери, Александр Голышманов ушел на охоту к ближайшему болоту. Потом они вместе с отцом были на площади в центре села, где стояла трибуна, с которой выступали какие-то незнакомые люди. Всем военнообязанным дали задание в течение 10 дней перед призывом на фронт подготовить себе смену из числа сельских юношей и молодых девушек. Их учили управлять автомобилями и тракторами. Сформированную в Ишиме дивизию перебрасывают под Москву, однако к тому времени — еще одна удивительная случайность! — врага уже отбросили от стен столицы. И Александра Голышманова вместе с другими сибиряками направляют на Ленинградский фронт.
«Деда Шура рассказывал нам о войне, и о том что им довелось пережить, но больше всего ему запомнились два случая: про молодого командира, которому пришлось командовать взрослыми мужиками. Александр Васильевич относился к нему как к младшему брату: учил быть храбрым и в то же время осторожным. И этот „парнишка“, как говорил деда Шура, получил смертельное ранение и перед смертью поручил ему взять на себя командование отрядом и вывести бойцов из окружения. В другом не менее драматичном случае на глазах Александра Васильевича погиб молодой боец. Во время длительного затишья, парня сразила пуля снайпера. Солдат стоял справа. Ничего не предвещало беды. Вдруг донесся свист пули. И молодой боец, с которым Александр Голышманов только что разговаривал, медленно начал оседать в окоп. Всю свою оставшуюся жизнь в День Победы Голышманов поднимал первую рюмку за тех двух молодых ребят, которые так рано ушли из жизни».
Тюменский охотник решил отомстить за смерть бойца. Своего снайпера в подразделении не было. Немцы об этом знали и вели себя нагло. Вражеский снайпер особенно и не скрывался. Разведчики вскоре смогли добыть винтовку с оптическим прицелом. Александр Голышманов в течение нескольких дней пристреливал винтовку и искал место для схрона, откуда можно было выследить и уничтожить фрица.
«Деда Шура выследил немецкого снайпера и убил его, — продолжила Наталья Высоцкая. — Потом рассказывал, что тяжело было нажимать на курок. Одно дело, когда стреляешь из окопа в сторону врага, и совсем другое, когда ты целенаправленно идешь его убивать. Даже на войне очень сложно переступить через эту грань. Когда в подразделение приехал корреспондент из армейской газеты, его сразу же направили к деду Шуре. Вышла статья, в ней даже были стихи об этой дуэли с немецким снайпером. К сожалению, ни газеты, ни стихов не сохранилось. И сам корреспондент вскоре погиб на фронте. Потом был прорыв блокады Ленинграда, и эта история быстро забылась. Да и Александр Васильевич был не из тщеславных, вообще не любил много говорить. Войну закончил в Польше. После войны перебросили в Германию, а из Германии — в Краснодарский край на уборку урожая. Домой Александр Васильевич вернулся в начале 1946 года. До 50 лет работал в „Автоколонне 1228“, потом в АТХ № 3, откуда вышел на пенсию. Вместо охоты пристрастился к рыбалке, так как появились проблемы со зрением. Всех родных и знакомых угощал золотыми карасями. И сейчас, когда едим карасей, всегда вспоминаем о деде Шуре, каким замечательным человеком он был».
По словам Натальи Высоцкой, с каждым годом от нас уходят не только ветераны, стирается память о войны.
«Современные дети не знают, кто такой Сталин, Жуков, не говоря о таких героях, как Александр Матросов, Николай кузнецов, — сетует Высоцкая. — Дети не читают книг о войне. Сейчас к юбилею Победы им хотя бы дают задания в школах, приходят к нам и просят что-нибудь почитать о войне. В семьях перестали говорить на эту тему, в итоге выросло целое поколение, которое ничего не знает о нашем героическом прошлом. Разными способами причучаем читать книги, прчием не только детей, но и взрослых. К примеру, когда выходит какой-нибудь фильм, снятый по книге, на нашей страничке в соцсетях мы обязательно напоминаем тюменцам об этом. И ведь знаете, люди приходят после просмотра фильма и перечитывают книгу».
